Начала капоэйры

Вы никогда не задумывались, как великие мастера прошлого и настоящего начинали свой путь в капойэре? Вот шесть их историй.

Mestre Barrão: Я начал заниматься капоэйрой в Ресифе у местре Pirajá, тренировавшего в соседем районе, называвшемся Morro da Conceição. В те времена батизадо проходили нечасто и групп было немного. Спустя некоторое время, из-за поездок и работы, местре вынужден был покинуть этот район, но я продолжил тренировки и ходил на частые уличные роды, которые организовывал местре Teté, который также очень важен для меня в моем изучении капойэры. Я многому научился у него.

Mestra Cigana: Я не помню, как именно капоэйра появилась в моей жизни, но я помню, что всегда ее любила, хотя моя семья никогда этого не понимала. Вообразите 32 года назад женщину, которая хотела заниматься капоэйрой! В то время это считалось занятием бандитов и бродяг. Я вышла замуж, чтобы освободится от своей семьи, обманывала мужа и ходила на роды. Мы жили в Белеме (Belém) и я начала заниматься у местре Bezerra. В 1975, в Сан-Пауло (São Paulo), на одном из соревнований местре Suassuna я встретила местре Canjiquinha и нашла тем самым все, что искала до этого! Здешняя капоэйра в Рио была именно такой, как я хотела: агрессивной, дикой, грубой, с философией «побеждает сильнейший». Я почувствовала, какое влияние оказывает местре Canjiquinha на своих учеников. Он был даже не местре для них, он был им отцом.

Mestre Cobrinha Verde:
Besouro, мой местре, начал учить меня, когда мне было всего 4 года. Отца Besouro звали João, его прозвище было João Grosso, его мать звали Maria Haifa. Она была моей тетей; Besouro был моим кузеном и воспитывался как мой брат. Моя мать вырастила его. В те времена Besouro учил своих учеников прятаться от полиции, т.к. полиция достаточно сильно преследовала капоэристов. В дни, когда полицейские демонстрировали, что могут с ним покончить, он приходил в негодование, приказывал своим ученикам скрываться, и разбирался с полицией в одиночку. Т.е. я вырос в такой вот среде. Конечно, моим настоящим местре был Besouro, но я многому научился и у других мастеров в Santo Amaro. Я перечислю их имена по порядку: Maitá (у него даже есть песня самбы, названная в честь его), Licurí, Joité, Dendê, Gasolina, Siri de Mangue, Doze Homens, Esperidião, Juvêncio Grosso, Espinho Remoso, Neco Canário Pardo. Actually, Neco Canário Pardo был моим местре по игре с мачете. Мастером, обучившим меня использовать бритву в руках и ногах, была местра Tonha, которую называли Tonha Rolo do Mar. Женщина. Она до сих пор жива и прогуливается со своим мачете в руке. Живет она в Feira de Santana, Tomba.

Местре João Grande: Это был corta-capim! Вот как это случилось: два парня лет 19 встретились на улице и один сделал corta-capim. Рядом в дверном проеме магазина стояли двое мужчин. Чико сказал Педро: это танец Nagô negro. Направишь движение на человека и он окажется на земле. Человек, который говорил, остался, а слушавший отошел. Я стоял и рядом и слышал весь разговор. Я очень любопытнй. Мне было 10 лет тогда. Позже, я спросил у человека, который остался, что такое танец Nagô? Он ответил: “Я не знаю, это люди, которые пришли из Африки и работали на сахарных плантациях”. Я бросил попытки узнать, что же это было такое. Я работал на животноводческом ранчо помощником пастуха и как рабочий на плантация бобов, кофе, какао, риса, всего… Я работал и на других работах. Я думал, что же такое сorta-capim, но никто не мог мне объяснить. В 1953 мне было двенадцать лет и приехал жить в Salvador, на улицу Amparo do Tororó, 19. Прожил там год, работая в семейном доме: подметал полы, мыл посуду, ходил за покупками, много чего… Однажды я проходил мост, который соединял Tororó to Garcia с Roça do Lobo. Неподалеку от мангового дерева была капоэйровская рода. Я подошел туда и встретил João Pequeno, Barbosa, Gordo, Cobrinha Verde, Tiburcinho, Manoel Carregador. А рода не прекращалась. Я увидел три беримбау. Я спросил у Barbosa и João Pequeno: – Что это? И они ответили: – Это капоэйра! И именно в этот момент, когда я спрашивал, один парень сделал corta-capim и я вспомнил то, что видел в 10 лет. Я спросил, где они научлись и João Pequeno ответил, что возьмет меня в Brotas, где местре Pastinha дает уроки. Тогда мне было 12 лет. Когда я пришел туда, João Pequeno сказал: – Mr. Pastinha, вот парень, который хочет изучать капоэйру. Он ответил: – Садись сюда. Как твое имя? – Меня зовут João. – Чем ты занимаешься? – Ну, я играю в мяч, я занимаюсь… – Оставь все остальное, потому что оно бесполезно. Следуй за капоэйрой, потому что ты вырос в капойэре(он был действительно прав). Тогда я подумал: – Да этот человек ничего не понимает… (смеется). Я запалатил 12 mil-réis за время и сел смотреть. Подошли ребята постарше Traíra, Valdemar, Totonho de Maré, Livino, Daniel. Все из старой гвардии. И Mr. Pastinha пошел играть…увидев его игру, я поверил в нее. Я подумал: – А этот парень разбирается в вещах. Он лишь сказал мне: – Приходи тренироваться сюда во вторник.

Местре Suassuna:
Я начал заниматься капоэйрой в академии в Itabuna. Правда перед этим я уже имел «обязательное» знакомство с капоэйрой на улицах. У меня были слабые ноги и доктор советовал мне заниматься спортом, но не футболом, чтобы развивать их. Так как там был лишь футбол и уличная капоэйра (которая была капойэра Ангола) я пошел заниматься капоэйрой против своей воли. Кончилось это тем, что я полюбил ее. Когда Major Dória открыл свою академию и большинство капоэристов пошли туда, я пошел туда тоже. В Itabuna я занимался у местре Maneca, Sururu, Bigode de Arame, все ангольерцы. Где-то 1959 я встретил великого капоэриста João Batestaca, который сегодня известен как João Grande. Я многому научился у него. Каждый раз, когда мы играли, он обладал преимуществом. João Grande был большим вдохновением для меня. Моей удачей, когда я начинал заниматься капоэйрой, было то, что я никогда не создавал фантазий о том, что «моя группа самая лучшая» или «вот эта группа самая лучшая». Я начал любить капоэйру как одно целое, будь то Ангола или Режиональ. Иногда я заходил в академию местре Bimba, проводил там достаточно много времени, а затем шел в академию местре Pstinha… но все же я больше предпочитаю стиль Режиональ.

Местре Zé do Lenço: Я начал заниматься капоэйрой в 1962, в месте недалеко от Salvador, называвшемся Jaqueira do Carneiro. Я был по происхождению из рода Espinho Remoso, он был великим местре в 1960-х. Я знакомился с капоэйрой глядя на его игру, потому что в те времена мальчики не учились капоэйре. Наши родители не позволяли нам заниматься, т.к. это считалось занятием плохих людей. Но мне было очень любопытно наблюдать, как играют на беримбау. Я даже сделал свой беримбау и начал играть на нем. Потом Espinho Remoso умер и местре Virgíilio из Fazenda Grande принял к себе местре Diogo, местре Flôzinho, местре Firmino, каждого из его семьи, всех сыновей. Капоэйра переместилась в Fazenda, а моя улица осталась без нее. Я собирался с соседскими ребятами и играл на беримбау с ними. Я был единственным, который не знал, как играть в роде. Я знал лишь как играть на беримбау и пандейро. Люди с моей улицы стали собираться вместе и мы заняли старый дом в нашем районе своей мальчишечьей родой. Мы залазили на столбы электропередачи и ставили приспособления, чтобы воровать электричество, потому что капоэйра была по ночам. Пока мы тренировались, любой мог запросто выключить свет, и тогда у него были проблемы. Мы росли, 15, 16, 17… 18 лет, тогда люди с моей улицы стали называть меня местре, потому что настоящий местре – это тот, которому этот титул дают люди, живующие рядом.